Итак, здравствуйте!

Меня зовут Инна. Каждый мой день начинается с йоги, а заканчивается книгой.И именно о прочитанных книгах и обо всем,что с книгами связано я и пишу в этом журнале.  Каждый день читаю свою ленту друзей, комментирую посты на интересующие меня темы, участвую в беседах. И всегда отвечаю на личные сообщения.

Бернхард Шлинк «Женщина на лестнице»

Неужели мы не способны справиться именно с такими мелкими поражениями? Первая небольшая царапина на новенькой машине ранит нас больнее, чем множество последующих, более глубоких. Мелкие осколки труднее удалять, чем крупные, иногда их не удается извлечь иглой, приходится ждать, пока осколочек не выйдет с гноем сам. Полученные в молодости крупные поражения направляют нашу жизнь в новое русло. А мелкие поражения не меняют нас, но продолжают беспокоить, оставаясь занозой в теле.



Collapse )

Стивен Кинг «Кто нашел, берет себе»

Нет, не буду говорить, что чтение его рукописей изменило мою жизнь, потому что неправильно. Я не думаю, что жизнь подростка может сильно поменяться. В прошлом месяце мне исполнится восемнадцать. Наверное, лучше сказать, что его рукописи изменили мое сердце.




В последние годы в рядах поклонников Стивена Кинга наблюдаются серьезные волнения. Причина проста: старик Кинг исписался, его книги уже не так хороши, мистики и ужасов в них все меньше и меньше. И вообще Кинг взял и задумал серию детективов, а точнее трилогию. Две книги уже вышли в свет, в том числе и в России. Но не будем обращать на стенания почитателей Кинга-короля ужасов, потому что детективы у него получаются отличные, запугать, заинтриговать читателя Кинг мог всегда.
Collapse )

Людмила Улицкая «Лестница Якова»

Маруня, брак не держится на почтовых марках! Приезжай. Я так настойчиво зову тебя не только по той причине, что истосковался по любимой жене и по подруге. У каждой жизни есть какой-то грунт, на котором она стоит, растёт, от которого питается. Ты – мой грунт, почва.


Имя Людмилы Улицкой не нуждается в представлении. Она одна из самых читаемых писателей современности, ее книги выходят огромными тиражами, их ждут, они мгновенно становятся бестселлерами. В 2011 году в свет вышел роман Людмилы Улицкой «Зеленый шатер», тогда писательница сделала заявление, что это ее последний роман и теперь она сосредоточится на других жанрах. Однако, в руки Улицкой попадает переписка ее деда Якова Улицкого с родными, затем она запрашивает дело деда в архиве КГБ. Все это и стало основой для нового романа «Лестница Якова». Как говорит сама писательница, скорей всего, это и будет ее последний роман.
Шесть поколений семьи Осецких проходят перед нами. В центре повествования два героя: Яков – труженик и интеллектуал и его внучка Нора – театральный художник. Они встретятся всего лишь один раз в Норины тринадцать лет, но потом уже будучи взрослой, даже скорее пожилой женщиной, Нора наткнется на переписку Якова с родителями, женой, сыном и перед ней возникнет абсолютно не знакомый, но в то же время очень родной и близкий мир Якова Осецкого. Период, который описывается в романе с 1911  по 2011 год, ровно столетие. Одно столетие и одна семья.
Огромная часть романа – переписка Якова Осецкого и его жены Маруси. Письма Якова с войны, Первой мировой, а затем из тюрем и ссылок. Письма удивительные. Диапазон интересов Якова огромен. В письмах промелькнут Айседора Дункан, Надежда Крупская, Михоэлс, пойдет рассказ об Анатоле Франсе, Сергее Рахманинове, Ромене Роллане. Яков много рассуждает о музыке, литературе, театре. Казалось бы, нелепо об этом писать из ссылки, но эти письма-разговоры станут спасением для главного героя. Это история о возможности в любое время и в любых обстоятельствах прожить полную и насыщенную жизнь.
Перед читателями развернется огромное жизненное полотно, весь двадцатый век, сотни героев, самых разных национальностей и профессий. Москва, Киев, Сибирь, Нью-Йорк и Лос-Анджелес станут местом действия романа. Жизни Якова и Норы будут рассказываться параллельно, и читатель невольно замечает, насколько похожи эти два незнакомых друг с другом человека, связанные узами родства, имеющими один и тот же генетический код. Код, который будет выстроен в лестницу, одна ступенька - один человек, семья Осецких – лестница Якова.
И лишь в конце романа Улицкая напоминает библейскую историю Иакова, которому приснилась лестница, соединяющая землю и Небо.
 

Анна Наринская "Я не зяблик. Рассказ о себе в заметках и комментариях"

                         Не люблю цитировать Ницше,  но действительно,  если смотреть в бездну, она станет смотреть в тебя

Сборник заметок литературного обозревателя "Коммерсанта", написанных за несколько последних лет. Заметки не только литературные, некоторые из них касаются кино или просто жизненных ситуаций автора. Какие-то колонки Наринской я уже читала.
Удивительно, но мне было интересней было читать о знакомых книгах, сравнивать впечатления и оценки. Книгу проглотила за пару дней, она не большая по объему и есть ощущение,  что просто читаешь страницу автора в Фейсбуке.  Кстати, подписалась на Наринскую в ФБ после прочтения одной из ее колонок.
Для себя отметила три заметки: о Григории Дашевском, захотелось пересмотреть с ним "Школу злословия", о "Благоволительницах", никак не найду в себе силы взяться за эту книгу, и последняя колонка о книге младшего брата Анны Наринской,  очень пронзительно и, к сожалению, очень знакомо мне.

Петр Вайль, Александр Генис «Русская кухня в изгнании»

Сравнение кулинарии с жизнью напрашивается само собой. И в той, и в другой сфере справедлив афоризм: человек ест, чтобы жить, но не живёт, чтобы есть. Он живёт, чтобы есть вкусно.





Вот уже больше года Россия живет в условиях экономических санкций и продуктового эмбарго. Полки в наших магазинах заметно опустели, выбор стал скудным, уже никого не удивляет барнаульский маасдам или подмосковная фуагра. Россияне разделились на две группы: первые искренне считают, что не хамоном единым жив русский человек, а вторые ностальгически вспоминают исчезнувшие продукты и пытаются найти отечественные аналоги. Книга, о которой я хочу рассказать, рекомендована к прочтению обеим группам наших сограждан, потому что именно сейчас, то время, когда стоит вспомнить о таком уже забытом и немодном предмете как русская кухня.
Collapse )
 

Марина Степнова «Где-то под Гроссето»

Он решил, что поцелует ее в первый раз именно тут — в сквозном бесснежном парке, под сенью и синью декабрьского вечера. Но сначала стихи. Доамне фереште, стихи! Всем нам когда-то было пятнадцать лет. К несчастью, это очень быстро проходит.




Имя Марины Степновой стало известным любителям литературы пять лет назад после выхода романа «Женщины Лазаря». Эта семейная сага не только была переведена на 23 языка, завоевала любовь читателей, но и собрала ряд литературных премий. Кроме «Женщин Лазаря» у Степновой есть еще два замечательных романа «Хирург» и «Безбожный переулок». И вот в конце прошлого года в издательстве «АСТ» вышла новая книга «Где-то под Гроссето».
Collapse )

Книжные новинки

В апреле выходят несколько очень ожидаемых мной книг. Майские праздники будут прекрасны.

"Авиатор" Евгений Водолазкин

Герой романа «Авиатор» — человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счётом ничего — ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре — 1999 год?..

Абрахам Вергезе «Рассечение Стоуна»

В миссионерской больнице Аддис-Абебы при трагических, истинно шекспировских, обстоятельствах рождаются два мальчика, два близнеца, сросшихся головами, Мэрион и Шива. Рожденные прекрасной индийской монахиней от хирурга-англичанина, мальчики осиротели в первые часы жизни. Искусство и мужество врачей, разделивших их сразу после рождения, определило их жизнь и судьбу. Мэрион и Шива свяжут свою жизнь с медициной, но каждый пойдет своей дорогой. Их ждет удивительная, трагическая и полная невероятных событий судьба.
Эта книга не новинка, а очередное переиздание. То,что эта книга прошла мимо меня  - огромное опущение, намерена исправить эту ошибку J

Роберт Гэлбрейт «На службе зла»

Третий по счету роман о приключениях Корморана Страйка и его помощницы Робин Эллакотт.

Дмитрий Быков «13-й апостол. Маяковский. Трагедия-буфф в шести действиях»

Новая биография Маяковского, созданная известным поэтом, писателем, публицистом Дмитрием Быковым. Подробно описывая жизненный путь своего героя, его отношения с властью, с женщинами, с соратниками и противниками, автор сосредотачивает внимание на ключевых моментах, видя в них отражение главных проблем русской интеллигенции и шире — русской истории.

       


Владимир Ценципер, Юрий Ценципер «Я люблю и мне некогда! История из семейного архива»

И через долгие годы свет и благородство их душ доходит до меня и помогает жить

У моей бабушки был огромный книжный шкаф, я до сих пор помню корешки с восточными узорами «Сказок тысячи и одной ночи», разноцветную коллекцию «Библиотеки приключений», огромные желтые тома Большой детской энциклопедии. Я думаю, у многих были подобные домашние библиотеки. Но самой заветной была нижняя полка, которая была заставлена семейными фотоальбомами. Молодые бабушка с дедушкой, их сестры, детские фотографии мамы, дяди и их двоюродных сестер, множество незнакомых лиц - дальних родственников, сослуживцев, соседей по санаторию. Мои самые любимые – групповые снимки из командировок или путешествий, обязательно около какого-нибудь памятника или местной достопримечательности, по этим фотографиям мы с братом проходили квест «Найди среди толпы бабушку и деда».
Collapse )

Елена Костюкевич "Цвингер"

Память не протокол, память – это какое-то очень точное музыкальное чувство.
Из интервью Елены Костюкевич журналу «Эксперт»



Свою историю жанр «интеллектуального романа» ведет с начала ХХ века, основоположником этого жанра принято считать Томаса Манна. Интеллектуальный роман – это очень сложное, но безумно интересное чтение.  К сожалению, русскоязычные авторы не любят этот жанр, и тем ценнее становится вдруг появившаяся книга, которую сам автор называет интеллектуальным триллером. С триллером я бы поспорила, а вот то, что роман Елены Костюкевич «Цвингер» - прекрасный образец интеллектуальной прозы согласна целиком и полностью.
Collapse )